Пользовательского поиска




Заказать по низкой цене Avizor International на Magazinlinz.ru.



предыдущая главасодержаниеследующая глава

Перенаселенность' или 'недоселенность'?

- Да, это, пожалуй, потенциальные резервы, к тому же не столь уж значительные. А реальные? И соответствующие масштабам проблем, стоящих перед обществом? Может ли здесь демография хоть чем-то помочь людям?

- Ее цель как раз в том и заключается! Чтобы выявлять не только проблемы, но и возможности разрешить их. Чтобы наметить дальновидную политику народонаселения, конкретные меры для конкретных условий.

- Мы заинтересованы в повышении рождаемости, и, конечно, она у нас поднимется. Но многие страны заинтересованы в ее сокращении, а упадет ли она там? Планета одна; не приведет ли «демографический взрыв» о стретьем мире к глобальной перенаселенности?

- Такой угрозы нет.

Что же все-таки ожидает землян? Скорее «недонасе-ленность», чем «перенаселенность», - вот что в действительности может стать для людей проблемой номер один. Странно звучит, не правда ли? Когда об этом лет 10 назад заговорили советские авторы - социолог И. Бестужев-Лада, доктор исторических наук, и писатель О. Писаржевский, известный популяризатор науки. Их слова были встречены не без иронии. Такая точка зрения казалась «весьма оригинальной» (читай: мало кем разделяемой, как бы «недонаселенной» знатоками). Диаметрально противоположная «перенаселенному» полюсу пессимизма, она воспринималась как «другая крайность».

Перенаселенность
Перенаселенность' или 'недоселенность'?

Как раз тогда только что вышла книга «Перенаселенность» (Париж, 1964). Написавший ее не просто автор, но авторитет: французский демограф Г. Бу-туль, вице-президент Международного института социологии. Подобно многим своим западным коллегам, он уверял, будто обсуждаемый им вопрос, вынесенный в заглавие, - серьезнейшая из проблем, вставших перед человечеством.

«На деле человечеству вряд ли придется столкнуться с угрозой «перенаселения» Земли, - читаем в книге И. Бестужева-Лады и О. Писаржевского «Контуры грядущего» (Москва, 1965). - Есть веские основания полагать, что ему придется встретиться с проблемой «не-донаселения» - нехватки миллиардов и миллиардов людей, необходимых для осуществления грандиозных проектов полного освоения земного шара и солнечной системы».

Вроде бы и впрямь «полюс оптимизма», но какого?

Отнюдь не бодряческого, благодушно-беззаботного, который расхолаживал бы людей. Вводя непривычный (доныне!) неологизм «недонаселение», советские публицисты нашли для него точное выражение в недвусмысленном сочетании с понятием «проблема». Правда, имеется в виду будушее. Но не начинается ли оно уже в настоящем?

Вспомните, сколь быстро старится население. И все в целом, и, в частности, занятое. Доля иждивенцев все больше, работников соответственно меньше; нагрузка на них возрастает, обостряется проблема трудовых ресурсов. А если так будет продолжаться и далее? Правда, эта тенденция свойственна преимущественно развитым странам. Но разве они не станут многочисленней благодаря социально-экономическому прогрессу в развивающихся государствах?

«Омолодить» общества помогает, как мы знаем, повышение рождаемости. Неудивительно, что ныне ее стремятся поднять во многих странах. Как вы думаете, сколько на свете государств, где она поощряется? Десятки! Чуть ли не каждое третье - из полутора сотен.

Конечно, кое-где население растет настолько быстро, что это выходит за рамки экономической целесообразности, говорит профессор Д. Валентей. В 1971 году, например, в странах Азии, Африки, Латинской Америки оно увеличилось на 65 миллионов человек, тогда как во всем остальном мире - на 11 миллионов. Но правомерно ли упирать на «избыточность потребительских масс»? Не лучше ли акцентировать внимание на недостаточности производительных сил?

Грозит ли планете «демографический взрыв», начавшийся в «третьем мире»? Нет. Суммируя мнения большинства своих коллег, ученый разъясняет: рождаемость в развивающихся государствах неизбежно упадет - под влиянием социально-экономических факторов. К 2100-2150 годам численность населения стабилизируется в интервале от 8 до 12,5 миллиарда человек.

Подчеркивая, что радикальное решение проблемы лежит на пути социально-экономических преобразований, советский ученый не отвергает и вспомогательные меры, считая вполне оправданной активную демографическую политику.

Дело идет о попытках повлиять на рождаемость. Каким же образом? Все зависит от того, какова она. Напомним, что ее характеризуют обычно числом родившихся за год в расчете на 1000 душ населения. А измеряют в промилле (%0). Не путать с %1 Процент - единица, которая вдесятеро крупнее: 1 % = Ю%0 (рго сеп1 в переводе с латыни означает «на сто», а рго гпШе - «на тысячу»).

Так вот, если эта величина переходит за 50 промилле, то она считается максимально высокой, ибо приближается к пределам физиологических возможностей женщин. Такой она испокон веков была в царской России да и почти повсюду в Евразии и на других континентах. Такова она доныне в некоторых слаборазвитых странах. Сопоставьте сравнительно недавние показатели для разных государств (по классификации профессора Урла-ниса):

Коэффициент рождаемости
Коэффициент рождаемости

Как видно, массовые показатели рождаемости отличаются гораздо меньше, чем ее индивидуальные проявления: колебания на семейном уровне действительно огромны - от бездетности до необычайной многодетности. И все же коэффициенты разнятся настолько заметно, что, казалось бы, демографическая политика не может быть единообразной. Действительно, для каж-

дого государства она вроде бы своя особая, неповторимая. Где-то желательно понизить рождаемость, где-то поднять, а где-то оставить той же самой. Но к чему сводятся все эти устремления, пусть даже на первый взгляд противоположные? По существу, к тому, чтобы сделать ее оптимальной. То есть наиболее разумной, наилучшей в данных условиях, при тех или иных ограничениях. А какой именно - позволяет найти всесторонний анализ, включающий и экономико-демографические расчеты.

Зададимся, например, вопросом: какой прирост населения лучше - в 1 процент или... тоже в 1 процент? Все едино? Нет, конечно. Вспомним, как определяется этот показатель: рождаемость минус смертность. Допустим, первая равна 20 промилле, вторая - 10 промилле. Вычтем одну из другой. Получим 1 процент (10 промилле). Но тот же результат дадут и совершенно иные коэффициенты! Положим, 50 промилле и 40 промилле.

Возьмем теперь не разность, а сумму обеих величин. Это так называемый «оборот человеческих масс». В первом случае он составит 30 промилле, Во втором - 90 промилле. Втрое выше! А что это значит? Поколения сменяют друг друга намного быстрее. Гораздо больше людей уходит из жизни преждевременно, в цветущем возрасте, не успевая внести должный вклад в национальный доход. Вместе с ними теряются и «вложения в человека», которые делает общество, затрачивая усилия на воспитание, образование, на удовлетворение всех нужд своих членов.

Зато чем меньше такой «оборот», тем «экономичней» воспроизводство населения. До революции он составлял у нас 80 промилле. И куда меньше (30 промилле) - в 1961 году, когда численность жителей в СССР увеличивалась теми же темпами, что и в царской России (1,7 процента, или 17 промилле). В 1971 году он опустился еще ниже - до 26 промилле.

За те же 10 лет годовой прирост населения сократился раза в полтора с лишним. В последнее время он колебался между 9 и 10 промилле, что составляет без малого 1 процент. Помните, каковы в этом случае демографические инвестиции? Что-то около 4 процентов национального дохода, а он от пятилетки к пятилетке увеличивается у нас ежегодно более высокими темпами. Такое опережение благоприятствует повышению и жизненного уровня и рождаемости.

Разумеется, вовсе не обязательно стремиться к тому, чтобы прирост населения стал максимально высоким. Идеальная цель здесь иная - добиться, чтобы он всегда был оптимальным. Этот наиболее разумный уровень для конкретных исторических условий помогают найти экономико-демографические расчеты, строго оценивающие «рентабельность» каждого поколения в отдельности. Чем она выше, тем «рентабельней» и рост населения.

Важно не упускать из виду и другое. С постарением населения увеличивается общая (неповозрастная) смертность. Ничего удивительного: чем значительней становится доля тех, кому за 60, за 70, за 80, тем больше смертей - не самих по себе (их ровно столько, сколько и жизней), а в расчете на каждую тысячу человек, то есть при раскладке на всех людей, от новорожденных до долгожителей.

Этот коэффициент в дореволюционной России с ее низкой средней продолжительностью жизни был намного выше, чем сейчас, - 30 промилле. К 1950 году он уменьшился у нас втрое. К 1960 году упал еще ниже - до 7,1 промилле. Но потом потихоньку пополз вверх: 7,3 промилле (1965 год), 8,2 промилле (1970)... Казалось бы, что тут попишешь? Население-то старится... Но ведь оно может «помолодеть»! Если поднимется рождаемость.

Спору нет, ее падение вызвано у нас прежде всего культурным, социальным, экономическим прогрессом. Она давно уже ушла от тех физиологических пределов, к которым приближалась в дореволюционное время (примерно 50 промилле). Вот как изменялась она у нас по годам: 31,2 промилле (1940), 26,7 промилле (1950), 24,9 промилле (1960), 17,4 промилле (1970), И, как уже говорилось, оказалась ниже оптимальной.

В последнее время, правда, наметился перелом-Под уклон она катилась лишь до 1969 года: 18,4 промилле (1965), 18,2 промилле (1966), 17,3 промилле (1967), 17,2 промилле (1968), 17,0 промилле (1969). Потом пошла в гору: 17,4 промилле (1970), 17,8 промилле (1971), 17,9 промилле (1972)... Однако, как показывают прогнозы, трудно надеяться, что она достигнет оптимального уровня сама собой, естественным путем, без сознательных усилий всех нас - всех вместе и каждого в отдельности.

Советские демографы не ограничиваются призывами активней стимулировать рождаемость. Они предлагают конкретные меры, как этого добиться.

По мнению кандидата экономических наук В. Пе-реведенцева, одно нз главных препятствий, мешающих очень многим обзавестись вторым-третьим-четвертым ребенком, - нехватка свободного времени. Если бы домашние дела отнимали у женщины не 5-6 часов в сутки, а хотя бы вдвое меньше, детей тогда наверняка стало бы гораздо больше. Как же разгрузить ее после работы? Конечно, можно уповать на помощь мужа. Но очень и очень многое зависит от сферы обслуживания, которая оставляет желать лучшего и требует дальнейших усовершенствований.

А сколько людей остается одинокими! Как помочь им обрести семейное счастье?

Вполне серьезно дискутируется вопрос об.информационных центрах, оборудованных ЭВМ, которые помогали бы занятым людям покончить со своим одиночеством, вдовством. «Облегчить встречу с подругой жизни, очевидно, все же нужно, - делится своим убеж^ дением профессор Б. Урланис. - Может быть, и в самом деле «электронная сваха» не такая уж плохая помощница. Почему знакомство в доме отдыха или в гостях - «добро», а всякие другие пути - «зло»?»

А воспитание, просвещение? В борьбе с легкомысленным отношением к браку, семье, отцовству и матеч ринству особые надежды возлагаются на школу, среднюю и высшую. Регулярные занятия по домоводству, специальные курсы сексологического ликбеза, пожалуй, куда эффективней спорадических вечеров на тему «Любовь и дружба». Меньше стало бы скороспелых свадеб и столь же молниеносных разводов, абортов, безотцовщины.

Конечно, сделать предстоит еще много. Но и сделано уже немало. У нас выплачиваются пособия многодетным женщинам и одиноким матерям. Постоянно. А по случаю беременности и родов - единовременно. Расширяется сеть детских учреждений. Девятая пятилетка ознаменовалась новыми мерами демографиче-. ской политики, намеченными XXIV съездом КПСС. Вспомнить хотя бы пособия по беременности и родам в размере полной зарплаты для всех женщин независимо от стажа. Увеличение числа оплачиваемых нерабочих дней в связи с болезнью ребенка. Пособия на детей для каждой семьи, где доход на одного ее члена меньше 50 рублей.

У нас есть все условия, чтобы воспроизводство населения достигло оптимального уровня. Огромны возможности, таящиеся в недрах социалистической системы. Но наивно прозвучал бы призыв уповать только на общество. Можно ли умалять роль каждой семьи, каждой личности? Вопрос о будущих детях решается нами самими, внутрисемейным, а не каким-то общегосударственным планированием. И вполне естественно пожелать, чтобы оно продумывалось всесторонне, с позиций не только личных, но и общественных интересов.

И проблемы народонаселения, и их решения обусловлены демографическим поведением всех и каждого. Но прежде всего молодежи, которой и посвящена эта книга.

1974-й... Он объявлен ООН «Годом народонаселения». Разумеется, неспроста. Но только ли ради того, чтобы лишний раз напомнить всему миру, сколь ак-тульны демографические проблемы? Думается, не только.

«Изгнанная из университетов, презираемая экономистами, неизвестная «порядочным людям», эта капитальная наука в течение двух столетий должна была довольствоваться пребыванием в диком состоянии. Даже один из 100 взрослых людей не получил к 1950 году за свои 8, 10 или 12 лет школьного обучения самых элементарных зачатков знаний из этой фундаментальной области. Еще и сегодня в университетской среде она рассматривается как выскочка, а не как дочь благородных родителей. Если ей и пожаловали место в рамках современных институтов, то лишь для того, чтобы сделать из нее что-то вроде пансионерки, квартиросъемщицы и, таким образом, избежать того, чтобы дать ей свое собственное место, свою автономию, свои возможности развития».

Так писал о демографии один из крупнейших ее представителей - французский ученый А. Сови. Он подчеркивал, что взрыв народонаселения начался в мире, ничего не знающем о ней. Правда, перед нами слова 10-летней давности.

Но вот свидетельство 1973 года: «Воспроизводство населения - извечный процесс, в течении которого долго ничего не менялось и, казалось, не будет меняться, он не привлекал большого внимания науки, - пишет советский демограф А. Вишневский. - Изменения наступили с необыкновенной стремительностью и поставили огромное количество вопросов, к ответу на которые наука во всем мире оказалась не подготовленной. Общество не сразу осознало возникшую ситуацию...

Разумеется, воспроизводство населения не прекратится от того, что мы мало знаем о нем. Но ущерб от того, что в силу недостаточного знания демографическое развитие страны получит не совсем верную оценку, что какие-то меры не будут приняты, а какие-то будут приняты несвоевременно, или даже от того, что будут приняты не те меры, - такой ущерб может быть велик».

А вот книга 1974 года - «Проблемы динамики населения СССР». Ее автор, крупнейший наш демограф Б. Урланис, многочисленными примерами иллюстрирует жизненную важность перспективных расчетов, которые позволяют со всей возможной точностью предвидеть численность наших сограждан во всех поколениях. Действительно, как наметить масштабы производства и потребления, если не знать заранее, сколько окажется у нас работников и иждивенцев через 5, 10, 20 лет?

Трудно спланировать даже выпуск одежды или обуви, если неизвестно, сколько мужчин и женщин будет в тех или иных возрастах. У нас широко ведется жилищное строительство, а дома ставятся на многие десятилетия. Значит, его программа должна исходить из предполагаемых изменений, ожидающих и размеры, и количество семей. А сколько понадобится яслей, детских садов, школ? Это предопределяется рождаемостью - не только сегодняшней, но и завтрашней. От ее уровня зависит и будущая численность призывников, то есть не что иное, как обороноспособность страны.

При капитализме подобное предвидение имеет весьма ограниченную сферу применения, зато при социализме - самую широкую, ибо теснейшим образом связано с народнохозяйственными планами, подчеркивает профессор Урланис. «В условиях построения коммунистического общества демографические прогнозы приобретают особую роль, так как увеличиваются возможности рационального воздействия на ход демографических процессов, - пишет ученый. - Возможность управления будущим - наше основное преимущество, которым мы должны широко воспользоваться».

Наша страна продемонстрировала реальность управления всеми процессами, которые протекают в социалистическом обществе. Ясно, что такое регулирование не может не базироваться на строго научной основе. Но ни для кого не секрет, что в области демографических явлений еще очень многие опираются на добрую старую интуицию, которой подменяются точные знания, строгие оценки, верный расчет.

Год народонаселения будет способствовать росту демографической культуры среди широких масс. Ее воспитанию у подрастающих поколений, что особенно важно. Им, должно быть, и невдомек, что, вникая в демографический прогноз на 2000-й, скажем, год, они прикасаются к собственному будущему, до которого рукой подать. Уже родились все государственные деятели, которые будут проводить в 2000 году ту или иную демографическую политику. И все крупные специалисты того времени, которые будут ее разрабатывать. Одни еще сидят за школьной партой, другие - на студенческой скамье, но они уже среди нас.

Многие демографические проблемы будущего закладываются в настоящем. Смягчить их остроту позволит правильное демографическое поведение. Но оно немыслимо без демографической грамотности. А та начинается с демографической азбуки.

Книга, которую вы держите в руках вовсе не претендует на то, чтобы стать одним из таких букварей. Демографическое просвещение - дело специалистов. Именно от них все мы ждем научно-популярные произведения всех жанров, кроме одного - скучного.

Цель в данном случае была гораздо скромнее - просто привлечь по мере возможности внимание читателей к этой замечательной науке. Показать, что с ней переплетаются многие другие области знания, которые нам более известны. И что с ней связаны даже такие явления нашего повседневного бытия, которые, казалось бы, бесконечно далеки от нее.

предыдущая главасодержаниеследующая глава



© Алексей Злыгостев, подборка материалов, разработка ПО 2001–2011
Разрешается копировать материалы проекта (но не более 20 страниц) с указанием источника:
http://nation.geoman.ru "Народы мира - политически этнографический справочник"

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru